Художник — Константин Ротов
Родился: 19 февраля 1902 г.
Умер: 16 января 1959 г.
Константин Павлович Ротов — советский художник-график, карикатурист, иллюстратор многих известных книг.
Родился 19 февраля (4 марта) 1902 года в городе Ростове-на-Дону в семье донского казака. Окончил Ростовское художественное училище. Уже в 1916 г первые его карикатуры были напечатаны в петроградском журнале «Бич». Ещё до установления Советской власти на Дону рисунки Константина Ротова печатались в журнале «Донская волна» и газете «Ростовская речь». С 1920 года, после установления Советской власти на Дону, начал работать в ростовских Дон-РОСТА, Политпросвете, ростовском отделении Госиздата. В 1921 году был принят в Петроградскую Академию на графический факультет, но, как написал сам Ротов в своей автобиографии: «не учился, так как в ту пору среди преподавателей Академии преобладали непонятные и чуждые мне формалистические направления».
В 1921 году Ротов перебирается в Москву. С 1922 по 1940 годы работал в журнале «Крокодил». В те же годы печатался во многих журналах и газетах: «Правда», «Рабочая газета», «Комсомольская правда», «Гудок», «Прожектор», «Огонёк», «Смехач», «30 дней», «Лапоть» и др.
В 1939 году по эскизу Константина Ротова создавалось панно для Советского павильона на Нью-Йоркской выставке.
Константин Павлович создал иллюстрации к книгам: Самуил Маршак — Про гиппопотама, 1958; Ильф и Петров — Золотой телёнок, 1931; Агния Барто — Дом переехал, 1938; Андрей Некрасов — «Приключения капитана Врунгеля», 1939; Лазарь Лагин — Старик Хоттабыч, 1940; Сергей Михалков — Дядя Степа, 1957; Сергей Михалков — Три поросёнка, 1958; Валентин Катаев — «Белеет парус одинокий», и ко многим другим.
С июня 1940 года начинается самая тяжёлая и трагическая часть биографии Константина Ротова — он был арестован и приговорён к 8 годам исправительно-трудовых лагерей, и пробыл там до 4 января 1948 года. Дело было сфабриковано из-за карикатуры на лошадь.
Ротова также обвинили в работе на германскую разведку и буржуазные органы печати в годы Гражданской войны. Обвинения строились на показаниях художника Михаила Храпковского, под пытками оговорившего друга. Ротова тоже пытали, выбивая признательные показания.
«Следствие вел Влодзимирский — высокий стройный красавец, — описывал события в Сухановской тюрьме НКВД художник. — Он сажал меня перед собой. Придвигал к моему лицу настольную лампу и направлял свет мне в лицо. Мощная лампа так сильно светила и грела, что, казалось, вот-вот глаза лопнут. Потом он снимал с руки часы и аккуратно клал их на стол. Я знал: будет бить. А он не просто бил, а пытал, да так, что и вспоминать об этом страшно. Иногда он на сутки (!) запирал меня в маленькую камеру-шкаф. Там не то что лечь, сидеть было нельзя. Только стоять. Сутки… Одно время он держал меня в одиночной камере. Для меня это тоже было пыткой. Я тяжело переносил одиночество. Чтобы не сойти с ума, рисовал маленьким обмылочком на брюках. Стирал нарисованное и снова рисовал…»
В городе Соликамск, где Ротов отбывал свой первый срок, работая художником, его талант получил дальнейшее развитие — им было создано множество живописных полотен, большое количество которых хранятся в Соликамском государственном краеведческом музее. С таким же талантом, с каким он создавал свои графические образы, он создавал и свои живописные полотна, на которых передал не только суровость и величие северной природы, но и настроение царящее среди заключенных ГУЛага.
Часть своих полотен художник написал для своих друзей-заключённых. Одна из них, узница АЛЖИРа, а затем отбывающая ссылку вместе с Ротовым в Соликамске, Филимонова Ольга Ивановна (1905—1987)- впоследствии Заслуженный Врач Республики, награждённая в том числе орденом Ленина писала о Ротове: «…корни его таланта находили чистую воду даже в ядовитой почве тюремно-лагерной безысходности, замешанной на крови миллионов людей, принесённых в жертву во имя великого Сталина».
4 января 1948 года Ротов был освобождён без права проживания в ста городах страны. Жил в городе Кимры, Тверской области. Но, в декабре 1948 года, без предъявления обвинений был отправлен на пожизненное поселение в посёлок Северо-Енисейский, Красноярского края, где работал художником в рабочем клубе.
В 1954 Военная коллегия Верховного суда СССР полностью реабилитировала Ротова.
После освобождения возвратился в Москву, работал в журнале «Крокодил», в детских журналах «Весёлые картинки» и «Юный техник».
Умер и похоронен Константин Ротов в Москве.
Обложки изданий (116)
Внутренние иллюстрации изданий (198)
Другое (3)
Издания не на русском языке (1)
Примечание