«Воевать ради шикарной жизни — это изначально провальная стратегия. Во время вооружённого конфликта напряжение всех сил общества достигает того уровня, на котором о благах этого мира ты уже не вспоминаешь. Сжимаясь в окопе под артиллерийским обстрелом, никто не думает о миндальном круассане и немецкой пенсии. Нужны другие столпы, за которые должно цепляться сознание, стоящее на краю пропасти. У России более жизнеспособная мотивация».
«Мне нужны твоя одежда и твой мотоцикл» — помните? Зрители прощают Терминатору этот беспредел, ведь он на стороне добра. Посмотрите на сбежавших из страны поборников «свободы» — кто из них сейчас рвётся на баррикады за соотечественника? Наверное, есть и такие, но я пока что читаю всё утро сдержанную радость иноагентов насчёт того, что Дуров наконец-то прикроет «Z-каналы» и «сборы для русской армии». Да, им тоже не нужна свобода. Свобода — это по нынешним временам вообще очень опасное бремя».
«Текст Островского силён точной, безжалостной очевидностью неистовства тех лет. Вот ты строишь железную дорогу, потому что надо. Потому что нужны и хлеб, и дрова, а подвезти их не на чем. Вот тебе и банды под боком. Вот и смерть от простуд и надрывного труда, вот тебе и шальная бандитская пуля. Читать сейчас такое — как оказаться в потустороннем мире: быть такого не может. Однако же происходит, и глаз от происходящего не оторвать».
«Мы на их территории и суверенитет не посягаем, вернуть в состав империи не мечтаем. И вообще, пускай живут себе как хотят и с кем хотят. Главное, чтобы проводимая ими политика не несла в себе угрозу нашим интересам и нашей нацбезопасности».
«Если смести всю словесную шелуху, которой оказался усыпан стадион в Чикаго, то под ней обнаружится плоская, как пол, идея. Чтобы представить дело с выборами так, будто в Белом доме не Байден с Харрис, а Трамп с Вэнсом и всем было хорошо, во время выборов их нужно оттуда изгнать — обычный либеральный приём. Как с мужчинами, которые хотят называться женщинами».
«Первоначально нацисты задумывали свою операцию под Курском как наступательную, решающую, способную переломить ход войны и перехватить инициативу, захваченную Красной армией под Сталинградом. И в этом масса параллелей с такой же (пусть и гораздо менее масштабной) авантюрой, начатой украинским «недофюрером» в тех же местах. Достаточно вспомнить, что нацисты назвали свою операцию «Цитадель», представляя её как защиту «крепости Европа от русских варваров». Чем не аргументация современных украинских нацистов, постоянно повторяющих, что они являются «фортецей» (то есть именно «цитаделью»!), якобы защищающей Европу от русских! И цели нынешней авантюры Зеленского во многом совпадают. Он тоже надеется перехватить инициативу, которую наша армия планомерно наращивает в Донбассе».
«Есть один очень важный момент: если они будут попадать в списки на обмен, то они снова и снова будут возвращаться к нам убивать. Мы все наблюдали процессы 2022 года в Донецке, где судили иностранных наёмников. В республике тогда не действовал мораторий на смертную казнь. Наёмники были приговорены к казни, и я сама наблюдала, как они зеленели на глазах. Они были в ужасе, они не сомневались, что их казнят. И тогда это поубавило прыть других рвущихся к нам убивать за деньги».
«Само создание ПЦУ полностью укладывается в американскую стратегию по максимальному расколу мирового православия. Причём Вашингтон в данном случае взял на вооружение принцип Мао Цзедуна «Огонь по штабам!» Сумев подчинить Константинопольский патриархат, они активнейшим образом дробят православное единство, создавая новые неканонические церкви».
«Роулинг внезапно стёрла 27 твитов, посвящённых трансгендерам и победительнице Олимпиады по боксу — непонятному существу по имени Иман Хелиф. История взаимоотношений Роулинг с «повесточкой» давняя и больше напоминает биполярку».
«Да, тогда натовские генералы и их спецслужбы соблюдали приличия, направляли и вооружали террористов втихую, мило улыбаясь коллегам в Москве. Сегодня НАТО приняло открыто сторону террора. Да и масштаб действий сильно больше. Но в целом суть не меняется».
«Юлия на днях шла по Дерибасовской, хотела купить пирожок, чувствовала себя счастливой. Но вдруг раздались страшные звуки: уличные музыканты под гитару пели Цоя. Если бы Юлия не жила всю жизнь в Одессе, она бы подумала, что тут все такие ненормальные. То есть не как она. А как музыканты, поющие Цоя. Как те люди, которые идут по Дерибасовской спокойно, будто ничего страшного не происходит. И как те прохожие, которые кидают деньги в шляпу музыкантов — худощавых парней, ничуть не отличимых от уличных музыкантов, встречаемых где-нибудь у входа в московское метро».
«Джо Байдена выпустили на сцену в половине 12-го ночи — гораздо позже того времени, когда он привык ложиться спать. Поместить Байдена в самый конец списка выступающих и дать ему слово так поздно ночью — оскорбительно для него и для его ближайшего окружения, полагает консервативный портал Breitbart. И неприязнь между Байденом и Харрис становится очевидной для всех».
«Как выяснилось, в Азербайджане нет почвы для той русофобии, ядовитые побеги которой, разносимые семенами с Украины, раз за разом неожиданно прорастают в самых разных частях постсоветского пространства. К русскому языку и культуре здесь относятся особенно трепетно, и борьба со всем русским не стала для независимого Азербайджана частью национального самоутверждения и новой национальной идеологии».
«Конечно, стабилизация не означает немедленного освобождения: выкуривать украинцев со старорусской земли нужно будет ещё долго и упорно. Но факт в том, что курская авантюра перестала приносить киевскому режиму прибыль. Имиджевый и духоподъёмный эффект — главный, пожалуй, профит операции — был получен и использован уже в первые дни. Сейчас же операция превращается в авантюру и приносит сплошные убытки».
«Радует, конечно, что адекватность и здравомыслие всё ещё имеют шанс пробиться сквозь глухую стену русофобии и маниакального желания продолжать эту войну, но пока у меня есть большие сомнения на предмет того, что Франция официально пойдёт по пути Германии»