Svoboda | Graniru | BBC Russia | Golosameriki | Facebook

Биофункциональная стоматология.

Стоматология

Натэла Ломакина:

Добрый вечер, друзья, с вами я, Ломакина Натэла, и наша любимая передача «Философия улыбки». Сегодня у меня в гостях Артур Макаров, и поговорим мы на интереснейшую тему, которая называется биофункциональная стоматология. Но сначала расскажи о себе.

Артур Макаров:

Я врач-стоматолог, окончил институт в 1995 году, прошел интернатуру, обучался долгие годы, открыл частную практику, сейчас продолжаю практиковать, провожу учебные мероприятия, обучаю докторов. В данный момент уже более 5 лет, как разработал и активно применяю свой авторский концепт в своей практике.

Натэла Ломакина:

Наша тема сегодня — биофункциональная стоматология, что это такое?

Артур Макаров:

Нужно будет немножко уйти в прошлое. Все мы проходили обучение в институте, и обучаясь на стоматологическом факультете, у нас так или иначе сформировалось какое-то мировоззрение относительно того, кто мы являемся в профессии, как мы работаем в этой профессии, как мы лечим людей. Не будет выглядеть оригинальным, если я скажу, что каждый из нас, обучаясь в институте и потом продолжая практику, сталкивался с тем ощущением, что мы делаем что-то среднее между медициной, ювелирным искусством, процессом, который дает ощущение функциональной и медицинской полноты, и с другой стороны, мы до конца не ощущаем свою причастность к медицине. Была еще такая шутка: зуб не орган, стоматолог не доктор. И задаваясь вопросом что такое зубы, что такое челюстная система, возникала мысль, что врачи-стоматологи — это не просто врачи, которые занимаются лечением зубов, а за этим стоит что-то большее.

Натэла Ломакина:

С нашими технологиями, которые сегодня есть, и с их применением количество людей с проблемами в полости рта не уменьшилось. Наоборот, мне кажется, даже увеличилось. Видимо, неудовлетворенность статистикой, которая у нас есть, наталкивает на то, что нужен другой подход к правильной стоматологии, и, может быть, твоя индивидуальная концепция это и есть.

Артур Макаров:

Нас учили лечить зубы биологически, и полость рта рассматривается как пространство, где происходят законы биологии, зубы разрушаются по законам биологии, а законы биомеханики, которые присутствуют в полости рта, не исследованы до конца и, к сожалению, не преподавались в институте, в полной мере они не учитывались. Зубочелюстная система является не просто пространством, где происходит пережевывание пищи. В свое время хирург Кармишин сказал, что очень важно, чтобы стоматологи проходили предметы и науки, которые изучают в политехническом институте, а не просто биологические науки. Он внес в свое время большой вклад в это направление, что важно понимать, как устроена зубочелюстная система, что она работает по законам биологии, биомеханики. И когда эта информация, эти исследования, эти истории стали проявляться все больше и больше, это в том числе натолкнуло меня на мысль о том, что надо рассматривать полость рта не под одним углом, а под несколькими, то есть исследовать не только зубы как биологическую единицу, а взаимодействие зубов между собой и их функциональное предназначение.

В этом вопросе на меня повлияли встречи с моим учителем, который тоже показал мне это направление и задал некий вектор развития, дал толчок развития, потому что я свою профессию открыл заново. Я тоже считал, что лечение зубов заключается в том известном нам способе, когда мы восстанавливаем зубы известными методами, и на этом все заканчивается. На самом деле важно сонастроить взаимодействие зубов между собой, чтобы алгоритм смыкания зубов был такой, что вся система начинает работать, как единый механизм. И такая работа этой системы запускает целый каскад позитивных изменений, перестановок во всем организме, влияя на другие зоны и органы.

Натэла Ломакина:

Мы одни из главных докторов, через которых проходят пациенты, и мы можем им помочь во многом, то есть у нас идет междисциплинарная работа. Когда поменялся вектор, кто был первым пациентом?

Артур Макаров:

По-моему, это была женщина, у которой была дисфункция височно-нижнечелюстного сустава, и когда достаточно быстро была обнаружена проблема и устранена, у нее возникло облегчение, причем она уже какой-то период принимала определенные препараты неврологического протокола, чтобы улучшить свое самочувствие. И когда без каких-либо медикаментов достаточно быстро была откорректирована та составляющая смыкания и размыкания зубов, она почувствовала мгновенное облегчение, у нее был легкий шок от удовольствия, радости. Это были непередаваемые эмоции, что еще больше укрепило меня в правильности выбранного вектора, что можно и надо выстраивать путь лечения пациента через такой достаточно широкий спектр помощи и необратимых улучшений в организме.

Натэла Ломакина:

Лет 15 назад я была на учебе в Италии, тогда применяли листовой калибратор и находили положение, когда пациенту удобно сомкнуть, и у него не вызывало никаких болезненных ощущений. При этом пациент был перекошен, и когда на спине под лопатками ставили два больших пальца, и пациент нагибался, то автоматически та часть, которая была искривлена, уходила вверх, мы не передвигали пальцы и заставляли пациента ходить 20 минут босиком. Ровно через 20 минут положение становилось ровным, проходили болевые ощущения, хотя ничего другого сделано не было. Тогда я поняла, что есть другой вектор, что нужно работать по-другому, и я хочу сейчас это донести до наших слушателей, докторов, пациентов, что очень многое зависит от того, что доктор увидел в первый раз, смог определить, и самое главное не на глаз, потому что это самая большая ошибка, которая может быть допущена стоматологом, — на глаз корректировать высоту и т.д.

Согласно ВОЗ, от 60 до 90% детей школьного возраста имеют кариозные поражения, у 42% нарушение прикуса, и 10 миллионов зубов мудрости в год в США удаляется. Что это такое?

Артур Макаров:

Это определенный срез общества, определенное состояние. Зубочелюстная система — это один из инструментов социальной адаптации человека, потому что индикатор современного общества — в том числе состояние зубов, и первым делом мы можем это наблюдать при общении с людьми. В свое время в скандинавских странах победили детский кариес, когда внедрили программы, и каждый год на 10% снижалось распространение кариеса за счет профилактических мероприятий.

В целом, ситуация более-менее контролируется и стабилизируется в плане кариеса, в плане биологического поражения зубов. Но с появлением новых технологий, с появлением новых материалов, более твердых, более износостойких, нарушился другой баланс. А с появлением более тотальных подходов к реабилитации пациента нарушился другой вектор, другой баланс. Адаптивность и компенсаторные свойства организма полости рта оказались в зажатом положении, потому что появились материалы, которые не стираются так, как стираются естественные ткани и те материалы, которые в прошлом использовались при протезировании, пломбировании зубов.

Натэла Ломакина:

Кроме того, головные боли, и люди тоже не понимают, что это связано с зубами. Они долго мучились, и наконец нашелся тот умничка доктор, который понял, в чем причина, и головные боли ушли сразу. При другом подходе что мы видим в первую очередь?

Артур Макаров:

В первую очередь мы видим структуру и эмоциональное состояние пациента. Мы видим, как он зашел, в каком состоянии его структуры и эмоциональный фон. И по этим двум критериям мы можем очень много описать.

Натэла Ломакина:

Мы долго разговариваем с пациентом. Это часть успокоения или доверие?

Артур Макаров:

Успокоения, некая забота, попытка прояснить, что его может еще беспокоить, какие скрытые жалобы, которые он не высказывает просто по той причине, что не связывает это с зубами. У него может быть нарушен сон, напряжены мышцы лица, у него могут быть проблемы в пояснице, в шейном отделе, стискивание зубов, но он все может сводить на другие истории, не догадываясь, что все перечисленное может быть связано с зубами.

Натэла Ломакина:

И когда он понимает, что нашелся тот человек, который ему поможет, наступило счастье, жизнь меняется. Чем мы пользуемся?

Артур Макаров:

В первую очередь знаниями, как устроен организм, как в норме должно быть, и когда мы знаем, как выглядит норма, нам очень легко понять, что случилось, где нарушена норма и где возникает либо патология, либо предпатологическая компенсация, когда он уже на волоске висит, что-то может чуть-чуть сдвинуться в структурном или эмоциональном аспекте, и человек проваливается в декомпенсацию, в саму патологию. Здесь мы используем мануальные навыки, пальпаторные, которые мы изучали в институте. Аппаратурными методами мы не пользуемся, как показывает практика, за отсутствием надобности.

Как мы закрепляем полученный результат, понимаем, что мы на правильном пути? Подключается кинезиолог, и благодаря кинезиологическим рефлексам, когда мы видим, что отстраивается структура, кинезиологические рефлексы дают совершенно другой эффект, понимаем, что все отстроено правильно, некие физиологические рамки выставлены, и мы начинаем в этих рамках работать дальше, лечить зубы в этом физиологическом коридоре, который мы задали для этого пациента.

Натэла Ломакина:

За границей вместе с гнатологом всегда был физиотерапевт, он присутствовал на консультации, на всех процедурах, которые создал доктор, и понимая, что он должен сделать, забирал пациента с собой. У вас кинезиолог.

Артур Макаров:

Почти похожие профессии. Здесь очень часто кинезиолог начинает первым, а потом уже стоматолог подключается. Все зависит от того, какая причина является первой — восходящая причина, которая идет от стоп, таза, или нисходящая. И тут идет парный прием, в основном, когда потом идет перепроверка результатов и закрепляется результат двойного действия, когда отстраивается структура, с помощью регистраторов выстраивается правильный прикус, мы понимаем, что структура отстроена. Пациент отмечает заметные улучшения, мы видим заметное улучшение в структуре, понимаем, что точку отсчета уже выставили, и от нее начинаем строить все лечение.

Натэла Ломакина:

То, что у нас проблем с ВНЧС очень много, мы убедились из нашей сегодняшней практики. Мегаполис меняет образ жизни людей, у очень многих постоянно нет времени, и неинформативность пациента приводит к усугублению тех патологических изменений, которые происходят в полости рта. Что должны знать пациенты в первую очередь, что им нужно срочно обратиться к такому доктору, как ты?

Артур Макаров:

Пациентам следует знать, что организм един и что все процессы в нем взаимосвязаны. Есть несколько уровней, которые надо учитывать, которые пересекаются между собой: уровень структуры, уровень психоэмоциональный, уровень биохимии и уровень энергетики. Я сейчас затрону два уровня —структурный и психоэмоциональный, который мы используем и затрагиваем в нашей практике, потому что пациент на фоне стресса, определенных эмоциональных перегрузок, особенно учитывая то, что мегаполис и эмоциональные нагрузки выше средних, уже приходит в состоянии зажатости, напряжения и готовности к отражению чего бы то ни было, это сразу видно в его облике, походке. И тут важно взаимодействие, успокоение, это обсуждение, достать то, что его действительно беспокоит. Это очень четко видно, даже элементарно по тому, как предлагаешь темные очки или повязку на глаза, когда он ложится. Если пациент выбирает очки, понятно, что он хочет контролировать ситуацию, он зажат, а пока он зажат, у него будут напряжены мышцы, и пока не расслабишь его, ты не можешь идти дальше. И шаг за шагом распутываешь вот этот клубок. Потом наступает переломный момент, когда он готов довериться, дальше идет синергия врача и пациента, болезнь начинает отступать.

Важно учитывать оба фактора: и структуру надо менять, под структурой я подразумеваю все, как структуру тела, как зубы между собой смыкаются, так и психоэмоциональное состояние, откуда идет сигнал. И встречное движение должно быть, тогда будет успех.

Натэла Ломакина:

С сегодняшним образом жизни на поход к стоматологу нет времени, почему-то пациенты пытаются это отложить. И одновременно у доктора тоже много пациентов, бывают такие совпадения. Доктор в связи со своей перегруженностью иногда может упустить момент, то есть усталость тоже может сказаться. Если такой перегруз идет, кто еще контролирует процесс?

Артур Макаров:

Личный психотерапевт или коуч, но я считаю, что в современном мире, если ставятся какие-то сверхзадачи, то любой человек так или иначе должен взаимодействовать со специалистами разного уровня. Если нужно выдерживать нагрузки, добиваться больших результатов, должна быть команда, и у каждого человека своя. И как раз там ты восстанавливаешься, черпаешь вдохновение, если надо, это правда жизни. Выбрав путь работы с пациентом, путь служения, ты понимаешь, что работаешь в пространстве боли, страха, и если ты не научишься восстанавливаться, то не сможешь человека восстановить, ты должен быть достаточно ровным, стабильным и устойчивым, чтобы суметь стабилизировать нестабильную ситуацию у пациента. Никто не сказал, что будет легко.

Натэла Ломакина:

Наша профессия очень тяжелая, даже у шахтеров она легче, у нас самих проблемы, зажатость, профболезни собираем в полном букете. Ходят ли к тебе коллеги?

Артур Макаров:

Да. У меня был такой прием на конгрессах — чтобы показать реалистичность того, что происходит, я всегда просил кого-нибудь из коллег поднять руку и выйти на сцену, у кого есть проблемы с ВНЧС, и показывал, как это работает, то, что показывал на слайде, демонстрировал в живом формате. Конечно, это было очень интересно и запоминающе, после этого, как правило, выстраивалась небольшая очередь из желающих попасть на прием.

Натэла Ломакина:

Реферативные пациенты часто бывают у тебя?

Артур Макаров:

Да, особенно после тотальных реабилитаций. И самое интересное, здесь очень легко можно помочь, не доводя ситуацию до крайних историй, пока еще только-только можно откорректировать незначительные контакты, выровнять состояние, если это позволяет та работа, которая находится в полости рта, легкой коррекцией выровнять смыкание зубов, тогда можно обойтись малой кровью, просто адаптация прикуса.

Натэла Ломакина:

У нас основной принцип — это окклюзии, то есть правильное смыкание зубов, правильное расположение нижней челюсти, это основной критерий, который должны знать и пациенты, и доктора. Расскажи самый тяжелый случай в твоей жизни, но когда вы пришли к успеху.

Артур Макаров:

Это когда пациент долго не может расслабиться, когда ты ему надеваешь капу, и нужно несколько недель, чтобы он с этой каппой находился, именно капа-депрограмматор, для того чтобы разгрузить жевательные мышцы. Пока я не добиваюсь этого состояния, я не могу идти дальше. И здесь был тяжелый человек, я ему рекомендовал разные дополнительные способы расслабления, начиная от пилатеса, йоги, чтобы он научился расслабляться, человек банально не мог расслабиться. Я говорю — ты понимаешь, то, как мы видим твое состояние, как у тебя закреплена способность не расслабляться, быть в напряжении через жевательные мышцы, внутри ты постоянно находишься в зажатом состоянии, постоянно в стрессе, и твои надпочечники, сердце, органы находятся под постоянной нагрузкой. Если мы научимся это делать, то все органы будут аплодировать и благодарить за то, что ты их немножко разгрузил. И он втянулся, включился, произошло перещелкивание в какой-то момент, и процесс пошел дальше.

Натэла Ломакина:

Все, что с нами происходит, это начиная от нашего психоэмоционального состояния, которое мы не можем контролировать, и мы не слушаемся докторов, которые нам пытаются помочь, потому что происходит неправильный контакт. Человек зажат, и доктор с этим ничего не сможет сделать. Если такой человек к нам поступил, обычно мы его отправляем отдохнуть. Я всегда спрашиваю — как часто вы отдыхаете, есть ли у вас выходные, потому что очень многие не умеют отдыхать, восстанавливаться, они постоянно в работе, не могут отключиться. Это, естественно, сказывается не только на зубах, но и на общем состоянии организма. У нас есть психолог, который ищет причину, почему человек так много работает. И находится много причин, когда он не хочет находиться дома, боится, что другой может контролировать бизнес, то есть нет распределения обязанностей, а когда нет распределения обязанностей, человек не доверяет доктору. И мы объясняем, что все, что связано у вас с зубами, отображается на вашем организме, и вы должны понимать, что если мы начнем, то могут вылезти другие болячки, и когда мы вас отправим к другим докторам, они помогут их вылечить. Что мы обнаруживаем в полости рта, кроме ВНЧС, что говорит о том, что проблемы во всем организме?

Артур Макаров:

Буквально недавно был случай, когда просто бросив быстрый взгляд, по типу стираемости зубов можно сразу констатировать проблемы с желудочно-кишечным трактом, и пациент сразу подтверждает, что есть проблема и уже достаточно много лет. По зубам, по тому, в каком месте они стираются, можно определить, какая диета у пациента, какие вредные привычки. Здесь даже было понимание, что, возможно, эта проблема связана не с самим желудком, а с нарушенной структурой. Нарушенная структура меняет положение тела, желудок находится в другом, более сдавленном положении, сфинктер работает совершенно по-другому. Как только структура выравнивается, все внутренние пути выравниваются, органы начинают функционировать правильно.

Натэла Ломакина:

Наш организм сам дает понять, где у нас проблема, на что надо обратить внимание. Я люблю рассказывать пациентам — когда почки перегружены, они не справляются с фильтрацией. Почки дают сигнал мозгу, он повышает давление, чтобы помочь почкам отфильтровать все ненужное. Что в этот момент делает пациент? Давление повысилось, он принимает таблеточку и снижает его, проблема с почками остается.

Если мы увидим, что у пациента стираемость, перегруз, на одной части лица тургор есть, на второй нет, мы в этот момент пациентам говорим, что нужно привести все зубы в порядок, на что нам отвечают — я пришел за одной пломбой.

Артур Макаров:

Это основная первичная жалоба, мы стараемся ее удовлетворить и все-таки пояснить и осведомить, что мы, как врачи, не можем от вас скрывать то, что происходит, мы обязаны вам это рассказать, предложить варианты решения. Но, как правило, люди не враги сами себе, они будут выбирать то, что им действительно ценно и важно. И эту ценность и важность нужно донести до них ясным, понятным языком. Когда они это понимают, складывается видение, что надо делать, как надо делать, какое время это может занять.

Натэла Ломакина:

Надо еще объяснить, что это не бывает очень быстро, всегда правильное лечение занимает определенное время, это может быть год, полтора, два, в зависимости от степени запущенности ситуации в полости рта. Твоя концепция — биофункциональная стоматология, так же скоро будет называться твоя клиника. Что она дала в тотальном понимании твоей работы?

Артур Макаров:

Она дала понимание того, что человек благодаря такому способу реабилитации получает ресурс, энергию. Когда все плоскости соединяются вместе — биологическая, функциональная, психологическая, когда все выравнивается, возникает точка баланса, и вот там рождается, генерируется энергия.

Натэла Ломакина:

Вот это я так хотела от тебя услышать, потому что слышала твою лекцию, и баланс регенерации и энергии присутствует практически в каждом докладе. Это очень важно донести и до докторов, и до пациентов, что именно баланс, который мы помогаем найти пациенту, помогает изменить жизнь, и эта жизнь становится намного увереннее, интереснее, все вокруг меняется, и меняется не только сама жизнь, но и окружение, ты понимаешь, что действительно сделал очень хорошее дело, просто элементарно сходив к правильному стоматологу. Это до такой степени вызывает радость, уважение, что есть люди в нашей профессии, которым небезразлично от и до состояние человека, чем просто прийти, поставить пломбочку в выделенные полчаса и до свидания. Расскажи о междисциплинарном взаимодействии.

Артур Макаров:

После того, как мы выстроили правильные функциональные рамки пациента, когда мы можем совместить весь баланс, начинаем ту работу, которую мы все знаем — планируем, проводим санацию, пролечиваем зубы, устраняем все биологические факторы, потом начинаем работать с положением зубов, если это нужно, ортодонтически. Потом финализирируем с помощью временных ортопедических реставраций, иногда сразу постоянных, в зависимости от сложности работы. Если работа достаточно непростая и уровень сложности высокий, мы обычно проводим временное протезирование, чтобы дать возможность адаптироваться организму, суставу, чтобы мы перевели эту патологическую окклюзию сначала в терапевтическую, чтобы он пожил с ней, и когда уже все выравнивается, внутренние процессы гармонизируются, терапевтическая переходит в физиологическую, вот тогда мы временные материалы переводим в постоянные, и пациент уходит довольный с адаптированным состоянием полости рта. И там начинается генерация сил, повышение тонуса, люди начинают высыпаться, появляется бодрость, они вечером не устают, как раньше, не изматываются, у них появляются силы и энергия.

Натэла Ломакина:

Рассказывай про все эти симптомы, потому что пациенты должны знать, если у них есть эти симптомы, то у них проблемы с полостью рта.

Артур Макаров:

Головные боли регулярного характера, напряжение мышц лица, шеи, плечевой зоны.

Натэла Ломакина:

Часто это сваливают на мигрень, принимают очень много таблеток, которые снимают симптоматику, но сегодня боль ушла, завтра появилась обратно, и потом эти мигрени продолжаются, а на самом деле проблема в полости рта.

Артур Макаров:

Если нарушен сон, если пациент обнаруживает за собой привычку сжимать зубы, после сна напряжение лица, то, скорее всего, ночью сжимал зубы, и у него была парафункциональная активность вплоть до шума в ушах. Это все первые отголоски, которые указывают на то, что стоит обратить внимание еще на зубочелюстную систему, исключить как минимум ее участие во всей этой симптоматике.

Натэла Ломакина:

Если у тебя зажат плечевой сустав, шея болезненная, это тоже проблемы с зубами, вплоть до колен, до стоп это так реагирует. И пациентам очень тяжело представить, как это может быть взаимосвязано. Когда им рассказываешь элементарный механизм, из-за чего происходит дисбаланс, где начинаются эти процессы, для них это очень удивительно. Мне очень радостно, что появилась такая правильная концепция в стоматологии.

У нас в институтах ты должен быть терапевтом, или ортопедом, и т.д. Правильно ли это, когда ты выбираешь какую-нибудь специализацию, или все-таки и ортопед, и хирург, и терапевт, то есть универсал может определить эти проблемы?

Артур Макаров:

Я думаю, что правильно, когда есть специализация, важно только, чтобы каждый из специалистов понимал, какой должен быть конечный результат, чтобы все понимали, что даже если они находятся в пространстве, где лечат биологию, допустим, терапевт санирует полость рта, лечит зубы, он устраняет последствия осложненного кариеса, и он должен понимать, для чего он все это делает, цель какая. Важно, чтобы все врачи, которые вовлечены в стоматологическое пространстве, понимали, какую они преследуют конечную цель. Цель не просто вылечить отдельно взятые зубы, а цель вылечить полость рта, зубочелюстную систему в целом, для того чтобы был здоровый организм. Вот это понимание должно быть у всех, и тогда они работают как команда.

Это как в футбольной игре, необязательно вратарю уметь забивать голы, но он должен понимать, ради чего он защищает ворота — чтобы команда победила. Так и здесь, важно, чтобы все врачи понимали цель и работали вместе, сообща. Междисциплинарную стоматологию я бы даже расширил и вывел междисциплинарную медицину в целом, чтобы все врачи начинали объединяться вокруг пациента, чтобы стоматологи кооперировались и взаимодействовали с ЛОР-врачами, эндокринологами, гастроэнтерологами, кардиологами, чтобы стояла задача вылечить пациента, а не отдельно взятый орган.

Натэла Ломакина:

Кариес повреждает сердечную мышцу.

Артур Макаров:

Конечно, риски возникновения сердечно-сосудистых заболеваний и развитие всех этих негативных историй, плюс продолжительность жизни сокращается просто потому, что люди из-за подобных инфекций живут не так, как хотелось бы.

Натэла Ломакина:

В любом случае биофункциональную стоматологию нужно внедрять, я называю это полноценной стоматологией.

Артур Макаров:

Когда она учитывает все факторы. У людей качество жизни улучшается, и самое главное — продолжительность, способствовать увеличению этих двух параметров, потому что когда имеются заболевания в полости рта, все инфекции, о которых мы знаем, качество жизни не то, а самое главное — продолжительность находится в зоне риска.

Натэла Ломакина:

Элементарно следить за зубами нужно с самого детства, найти своего стоматолога. Я пытаюсь в нашей передачи всегда показать докторов умничек, к которым нужно ходить, их многие же не знают, и большой вопрос — где найти хорошего стоматолога. Если у меня есть возможность их представить, я с удовольствием это делаю от всей души. Скажи, пожалуйста, когда мы начинаем совмещать биологические, физиологические аспекты, есть ли нюансы, на что нужно обратить внимание и доктору, и пациенту, какой-нибудь лайфхак?

Артур Макаров:

Сопутствующие факторы, болезни надо рассматривать. Провести диагностику, понять, с чем пациент пришел, с каким списком тех или иных симптомов или заболеваний, чтобы не навредить, четко разобраться, где можно и нужно применять, потому что если у пациента ситуация не стоматологическая, то надо ее выявить и направить к смежному специалисту, который сначала вылечит эту ситуацию, только потом заниматься. Любое лечение начинается с правильной постановки диагноза, если есть правильное понимание, что у пациента происходит, мы знаем, от чего его надо лечить.

Как мы с пациентом выстраиваем лайфхак… Это в первую очередь максимальная глобальная забота о пациенте, когда ты его запитываешь заботой, он расслабляется, чувствует доверие, начинает рассказывать про то, что его может беспокоить, иногда на это может уйти не один час. Когда пациент окружен любовью доктора, тогда он распаковывается, и ты действительно начинаешь доходить до тех историй, которые он сдерживал, и обнаруживая их, начинает себя по-новому видеть, отпускает зажимы, начинает понимать, что на самом деле хочет, потому что очень часто пациент приходит и говорит: «Я хочу элементарно брекеты», — я говорю: «Вы уверены, что вам брекеты нужны, или все-таки нужна красивая ровная улыбка?» Когда ты смещаешь акцент с желания на потребность, человек начинает лучше себя слышать — это моя цель, брекеты или виниры, или навязанный тренд, может, у меня все в порядке с зубами, а на самом деле нужно что-то другое. Перекодировка, переключение с пожеланий на потребности, которые, возможно, он не видит и не слышит, а ты помогаешь ему в этом разобраться, и он за это очень благодарен.

Натэла Ломакина:

У нас новая профессия — если вы не окружены любовью, и вы хотите ее получить, приходите к хорошему стоматологу пообщаться.

Артур Макаров:

У нас это становится хорошей традицией, когда люди приходят даже с таким запросом, как пообщаться, и ты понимаешь, потому что в наше время, когда турбулентность во всех смыслах, люди хотят найти точку опоры. И когда ты помогаешь им эту точку опору создать, когда ты начинаешь им помогать выстроить внутреннюю точку опоры, тот стержень, который всегда с ними, и они могут на него опереться, это очень здорово.

Натэла Ломакина:

Биофункциональная стоматология — это стоматология, которая окружит вас любовью, вниманием, поможет найти точку опоры, создать баланс в вашем организме, подпитывает его энергетически, и вы станете абсолютно счастливым человеком. Ключик от счастья заключается в биофункциональной стоматологии. Это тема, о которой нужно рассказывать, люди иногда приходят к доктору за теплотой, потому что они ждут от него помощи, и им это очень важно. Дорогие друзья, спасибо огромное за такой прекрасный вечер, я вам желаю найти баланс в вашей жизни, быть энергетически здоровыми, счастливыми. Пусть у вас все получится, и улыбайтесь почаще, улыбайтесь рядом стоящим людям, потому что улыбка приносит только счастье. Будьте здоровы и всего доброго.

Что такое «несочетаемые продукты»?   Зависит ли появление варикозной болезни вен от возраста, пола, расы и так далее?   С какими воспалениями мочевыводящих путей врач-уролог сталкивается чаще всего?   Как часто женщины беспокоятся о том, как они будут выглядеть во время родов? Каков «портрет» клиентки доулы?   Кто из врачей должен взять на себя профилактику лечения инсультов?   Опасно ли использовать атопические глюкокортикостероиды? В течении какого времени их применять?   Каков главный фактор развития панкреатита? Каких рекомендаций надо придерживаться, зная о диагнозе?   Улучшилась ли ситуация со школьной медициной с советских времен?   От сосудистых сеточек можно избавиться?   Каковы результаты хирургического лечения при критической ишемии?   Как наркоз влияет на работу сердца?   Какую роль играет прогресс в медицинской науке?   Какая настойка с женьшенем наиболее полезная?   Какими препаратами можно лечить геморрой во время беременности?   Узлы щитовидной железы. Что такое фокальные изменения щитовидной железы?   Можно ли прийти в магазин и попросить такие же очки, как у одной из знаменитостей?   Какие возможности реконструктивной хирургии груди? В каких случаях используют животную ткань?   Какой самый частый обман можно встретить от доктора-стоматолога?   Каковы симптомы глаукомы? Когда они начинают проявляться, на что обратить внимание?   Что можно сказать о коконе для сна?