"В каждом заключенном видел человека". Умер правозащитник Андрей Бабушкин

Подпишитесь на нашу рассылку ”Контекст”: она поможет вам разобраться в событиях.

Андрей Бабушкин

Автор фото, Sergey Bobylev/TASS

На 59-м году жизни в Москве скончался глава комитета "За гражданские права", председатель комиссии по развитию пенитенциарной системы президентского Совета по правам человека (СПЧ) Андрей Бабушкин. Российские правозащитники говорят, что он "всю свою жизнь отдал защите прав человека - прежде всего защите прав заключенных".

"Первый раз я его увидел в Хамовническом суде. Я пришел на слушания по своему делу о нарушении правил дорожного движения, - вспоминает в разговоре с Би-би-си председатель СПЧ в 2010-2019 годах Михаил Федотов. - Когда я проходил в зал заседания, я увидел Андрея Бабушкина, который сидел в коридоре суда в окружении нескольких человек. Было понятно, что это такие несчастные люди, которым нужна помощь. А он писал для них какое-то ходатайство".

На тот момент они лично еще не были знакомы, но Федотов уже знал, что Бабушкин - руководитель комитета "За гражданские права". До того как возглавить эту общественную организацию, Бабушкин был депутатом Моссовета и главой Межведомственной комиссии Москвы по делам тюремных учреждений и профилактике правонарушений.

Правозащитник Лев Пономарев (включен в России в реестр СМИ-"иностранных агентов") познакомился с Бабушкиным, когда тот был как раз депутатом Моссовета, а Пономарев - Верховного совета России. С тех пор они много пересекались, а потом оба стали правозащитниками.

"Мы все время дополняли друг друга - как добрый и злой следователь. Я всегда вел политику пожестче, а он как бы смягчал и больше взаимодействовал с властью, что вообще-то очень важно. Хотя многие Бабушкина за это осуждали, да и меня другие осуждали. Но такое взаимодействие много раз мне помогало и выручало меня", - рассказал Би-би-си Пономарев.

Светлана Ганнушкина, председатель комитета "Гражданское содействие" и бывший член СПЧ вспоминает, что когда ее задержали в день ее 80-летия на акции протеста в Москве (против войны в Украине), первым, кто приехал к ней в ОВД, был Андрей Бабушкин.

"Это был удивительный разговор — перед небольшого роста, толстым Андрюшей Бабушкиным стоял сотрудник полиции в 1,5 раза выше него, и Андрей его отчитывал, говоря, какие они совершили нарушения, указывая конкретные пункты закона, и сотрудник полиции при этом стоял перед ним во фрунт. Второго человека, к которому бы так относились сотрудники правоохранительной системы я не знаю", - вспоминает в разговоре с Би-би-си Ганнушкина.

По ее словам, после второго задержания на другой акции против войны в Украине в отделении полиции у нее спросили, чем она занимается: "Я ответила, что я из общественной организации. Сразу же последовал вопрос - от Бабушкина? Ни от Пономарева, ни от Орлова, ни от Ганнушкиной, а от Бабушкина… и это всегда звучало с уважением".

Главный правозащитный инспектор

"Андрей был ходячей энциклопедией тюремной жизни. Он знал весь Уголовный кодекс, Уголовно процессуальный кодекс, все документы, связанные с содержанием заключенных, - правила, которые они должны соблюдать, условия, при которых это должно происходить", - говорит Лев Пономарев.

Автор фото, Mikhail Metzel/TASS

Подпись к фото,

Андрей Бабушкин и глава Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева во время заседания СПЧ в 2015 году

Пропустить Подкаст и продолжить чтение.
Подкаст
Что это было?

Мы быстро, просто и понятно объясняем, что случилось, почему это важно и что будет дальше.

эпизоды

Конец истории Подкаст

Когда Михаил Федотов был председателем СПЧ, он, по словам Пономарева, говорил ему: "Без Бабушкина я никогда не поеду в колонию. Я не знаю, что там смотреть, а он все посмотрит, вынюхает и найдет причины, чтобы сделать замечания о плохом содержании заключенных - и питание, и грязь, и окна, что очень важно". Бабушкин был уникален, единственный из правозащитников, который занимался такой работой, считает Пономарев.

В разговоре с Би-би-си сам Федотов говорит, что за практически десять лет совместной работы в СПЧ они вместе много раз бывали в колониях, СИЗО и тюрьмах и он видел, как к Бабушкину относились и сотрудники ФСИН, и заключенные.

"Сотрудники ФСИН относились к нему с настороженным уважением, а заключенные, слыша, что пришел Бабушкин, начинали кричать: "Бабушкин пришел, Бабушкин пришел, сейчас мы ему пожалуемся". В тюремном мире даже есть выражение "пожалуюсь Бабушкину", я его слышал от заключенных неоднократно", - говорит бывший глава СПЧ.

Член ОНК Москвы, член СПЧ Ева Меркачева говорит, что на одном из заседаний совета еще во времена Федотова Бабушкин сказал, что "посетил то ли 288, то ли 298 СИЗО и колоний": "Получалось, что он практически каждый день был в какой-то тюрьме".

При этом Лев Пономарев подчеркивает, что Бабушкин в качестве правозащитника контролировал не только тюремную систему, но и МВД. Он был членом общественного совета ГУВД Москвы. "Посещал отделения полиции и находил там незаконно задержанных и отвратительные условия содержания. По результатам его инспекций людям делали выговоры. Это был главный правозащитный инспектор в Москве и России", - говорит Пономарев.

Федотов вспоминает, что после одной из встреч совета с президентом Путиным он предложил членам СПЧ (человек 7-8, включая Бабушкина) дойти до его кабинета, выпить чаю и обсудить прошедшую встречу. Бабушкин говорит: "Михаил Александрович, может быть, зайдем по дороге проверим отдел полиции Китай-города?" Я говорю: "Ну Андрей, ну давайте вы в другой день его проверите?" Он отвечает: "Ну хорошо, тогда вы идите, а я проверю и к вам присоединюсь".

"Не обозлился и не бросил правозащиту"

По словам Меркачевой, Бабушкин "был одним из идеологов закона "Об общественном контроле": "А последнее, что мы делали, - разрабатывали поправки в правила внутреннего распорядка колоний, СИЗО и исправительных центров. Он боролся за все, что могло бы облегчить жизнь заключенных. Не все, что он предлагал прошло, но он по-настоящему боролся".

Меркачева говорит, что "его все знали, он мог позвонить любому - уполномоченному по правам человека, министру, главе ФСИН - и сказать, что там кого-то бьют или пытают". "Не все чиновники его понимали и принимали, но некоторые осознавали масштаб этой фигуры, потому что он ничего не боялся, не боялся попросить за любого - оппозиционера, криминального авторитета, убийцу. Если права человека нарушались, он просил за любого, не думая о последствиях для себя и кого то ни было".

Один из осужденных, для которого Бабушкин и его комитет "За гражданские права" добивались УДО, по словам Меркачевой, после освобождения пришел в дом правозащитника и убил его мать. Эту историю вспоминает и Светлана Ганнушкина. По словам обеих, это было тяжелейшим ударом для правозащитника, но, несмотря на это, он "не обозлился и не бросил правозащиту".

"Вот такое абсолютно беззаветное служение идее прав человека, потому что он в каждом заключенном, в каждом, кто пришел к нему со своей просьбой, видел человека", - говорит Михаил Федотов.

Основатель Gulagu.net Владимир Осечкин в своем "Фейсбуке" написал, что "столько боли и горя, сколько видел по тюрьмам своими глазами Андрей Бабушкин, не видел никто другой…". "Бабушкин по нашей просьбе сначала согласовал посещение иркутских пыточных весной 2021 года, а после, осенью - вылетал в Саратов, в ОТБ-1" , написал правозащитник.

Ева Меркачева ездила в ОТБ-1 вместе с Бабушкиным: "Я уверена, что без него не смогла бы, потому что у меня был шок и ужас, но он сидел рядом со мной, и мы все это записывали и вышли оттуда и рассказали об этом".

Поэт и краевед

Лев Пономарев вспоминает, что Бабушкин был поэтом и писал стихи, "иногда наивные", и публиковал их у себя на странице в "Фейсбуке".

Кроме того, Бабушкин был краеведом и лектором, говорит Пономарев: "Когда он стал депутатом местного совета в Москве, то досконально изучил историю своего района и выступая перед школьниками, рассказывал и о районе, и о правах человека".

Еще Бабушкин знал историю, особенно северных народов, и выступал в их защиту, рассказывает Лев Пономарев. О малых народах Бабушкин говорил и Путину на встрече СПЧ с президентом в декабре 2021 года.

"Он был доброжелательным человеком, проявлял эмпатию к людям и, в частности, ко мне, когда я может быть был не прав, и немножко неправильно оценивал его работу", - говорит Пономарев. "Это большая потеря, но потеря правозащитника - это формальная вещь, а то, что он умер молодым и мог бы жить и работать, - самое страшное. Очень печально и грустно".